ЛАУРЕАТЫ ПРЕМИИ «ПИСАТЕЛЬ ХХI ВЕКА» ЗА 2016 ГОД ОБЪЯВЛЕНЫ
 
Главная
Издатели
Редактор
Редколлегия
Попечительский совет
Контакты
События
Свежий номер
Архив
Отклики
Торговая точка
Лауреаты журнала
Подписка и распространение








Зарубежные записки № 29, 2015

Поэзия Кароли Феллингера определяется слиянием прозаического элемента, печальных или причудливых историй, с поэтическими вкраплениями, напоминающими отголоски самых разнообразных стилей и синкретических тенденций. Повествовательная линия, описание или эмблематический персонаж представляют собой минимальную и необходимую основу, на которой покоится лирический элемент, отделяющий поэтическую ткань от прозаического балласта. Меланхолично, серьезно или с чувством юмора поэт размышляет о человеческом бытии и смерти, о слепых и полных препятствий перепутьях жизни, а также о том, что находится за гранью земного существования. Для Кароли Феллингера поэзия это «личное дело», родовые муки, испытываемые лирическим героем, чтобы познать мир, в котором Бог, по всей вероятности, сокрыт в невидимой стороне вещей. Ослепление, невидимое и невыразимое занимают важное место в кругу его поэтических мотивов.
Венгерскому поэту нравятся метафоры и символические нагромождения. Он предпочитает язык притч, восприятие которого возможно лишь в контексте его собственной знаковой системы. Не порывая с окружающим миром, элементы реальности он, тем не менее, использует лишь в качестве строительного материала, неотделимого от наполненной контрастами поэтической структуры. Для того чтобы выразить суть, в некоторых своих стихотворениях он прибегает к конкретной терминологии. Кароли Феллингер — поэт, ищущий и стремящийся выразить суть вещей. Поэтому абстрактные слова проникают во все его тексты, чтобы придать им динамизм и дополнительную символичность. В результате, многочисленные притчи перемежаются у него с глубокими формулировками. Его исходная модель — это абстрактное ясновидение.
Подчеркнуто медитативная и перегруженная символикой, герметическая и афористичная поэзия Кароли Феллингера рассчитана на умение читателя проникать в потаенные глубины текста, приобщаясь таким образом к его невыразимому поэтическому содержанию.

Григоре КИПЕР



Кароли ФЕЛЛИНГЕР

КОРНИ В СТЕНЕ
 
Мастерская

Гвозди пускают корни в стене
картины висят
уже бродя по Парижу
и не важно
если одного или двух столов
и ресторана нет
на картине что тебе так нравится

Запыленный цветок в спальне
пробивается затаив дыхание
из последних сил
движется и
пыхтит, посмотри
на одиночество горшка
ночь возвращается через окно



Рельеф

На рельефе
бетонной стены
рано постаревшая
утомленная
каменная статуя
оживает
прежде чем сойти
со своего пьедестала
она послушно
стряхивает обломки
осторожно
чтобы не дать стене
провалиться
скульптору не терпится
занять ее место



Пузырек света

лежу среди моих трофеев славы
достойней всех: клянусь Богом
не нужно жечь чистый лист для назойливой яркости
в два раза большей чем куртка что я надел сегодня
ты смотришь мне в глаза ты вглядываешься
в смешанные цвета ночи

лишь смерть осмеливается приближаться ко мне
вот так



Прага 1990

Посвящается Ингрид Немет

твои глаза это твоя постель
твой рот меня учит
что я должен делать и как
даже до моего рожденья
как на полке залежалые консервы
я пребываю в Боге
чужая субстанция во мне
и сегодня я не знаю
что от меня осталось
возможно на одну смерть
меньше
возможно
мы беднее на одну смерть
когда стоим посреди Карлова моста
и молчим
пока слепой музыкант над нами
играет
чайки летают
глядя на нас
словно монахини
что пялятся на молодого священника
в церкви

вот что нам нужно
в сумерках
ночь ожидает
пока мы проснемся

пенистое пиво
ворота полные афиш
украденное прошлое
ускользнуло от нас



Ветка Святой Варвары

Дверь — препятствие для самой себя
                                   Сильвия М. Цепеш

1.
В мире грез
я живу но окна
это дымоходные отверстия
реальны лишь двери.
Реальность — это выход.

2.
Загадочны
словно свежая трещина
в бетонной стене
все прохожие, одно только
время неопытно.

3.
Я хожу по
узким тяжелым комнатам
чувств
Следующее мгновение боится
оставляет дверь открытой.

4.
Мякоть сливы синеет
свисток поднимается ко рту
благосклонность последнего
игрушечного кубика: все его
стороны равны



Развод

отсутствие чувств
раскалывается надвое на пьедестале
одиночества

занятия любовью

вечнозеленой эфемерности

словно майский дождь
наше прошлое рассеялось
в бессвязной пустоте



Моей подруге

твоя рука
бросает в печь
обувь из которой я вырос
теперь все в пору
плохой каблук
наполовину отвалившаяся подошва
шнурки в ладони матери



Моя мать

сегодня небо оторвало
пуговицы тьмы из слоновой кости
снова откалывает от нее куски
цепляется за ее массу

поэт нетерпеливо ищет
время консервирует подобно соли

она примеряет свои крылья перед зеркалом
молчаливые стены прямоугольного отсутствия
словно призрак
год
ползет и тащится



Мой отец

камни

на своем столе
мой отец рисует
разбитое окно

в конечном итоге оптимист
прыгнет в него и сбежит



XXL

моя бабушка и дедушка крестятся перед
тем как заняться любовью
они целуют
упавшие хлебные крошки и
царапают крест на хлебе
перед тем как его разрезать
Каспер и Юлиана
София и Янош
моя бабушка и дедушка крестятся
между двумя
любовными актами
несмотря на то что скрипит кровать
мои небеса
сотрясаются
покоясь на их костях



Не спеша

Пропустив сегодняшнюю прогулку, я мог бы
задержаться на понятии пустоты
                                             Янош Марно

В конечном счете
капли дождя
пускают корни и
прорастают
словно свекла из земли
бессильная и вонзенная
в почву рядом с
его огромными цветами
подпорками, прутьями
томатные палочки засеяны
под его окном
ветки акации пристыжены
в действительности их тепловая ценность выросла

Янош беспристрастно ждет



Баллада бедного мальчика

я посадил мое деревце
я заточил мое деревце

научи меня плакать

мама полей меня
папа обрежь меня

пусть оно раскинет ветви

пусть оно дарит тень
пусть радует глаз

приносит плоды мне одному



Механическое пианино
Никиты Михалкова

гора
всполошилась
подобно
вьючным ослам

пусть Бог и невидим
в зеркале его тоже нет



Привет отечество

я продал мою землю
мой лес
мое пастбище
мои поля
не говоря уже о винограднике
и потратил все на издание
сказок и легенд
моей родины



В день моего рожденья

чем больше звезд
на небосклоне
тем мысль о смерти
непреклонней

Перевел с венгерского Иван ПИЛКИН