...Ну что тебе ответить,
Утешить чем, когда
Деревья тянут ветви
В большие холода...

И — шорох ли по кронам,
По сердцу ли озноб:
«Но что же было кроме
Последних — летних — снов?..»

И сад унять не может
Рябиновую дрожь:
«...Но что же было, что же?..»

Любимая, шел дождь...

...И золотой закат, и голос друга,
И снегом занесенная округа,
И ранние — сквозь сон — колокола —
Все, из чего жизнь соткана была —
И теплый свет зеркального овала —
Все блекло, ускользало, уплывало —
Огонь в камине, музыка в ночи,
И плач ее... — о, сердце, замолчи! —
И боль, и дрожь, и в поле стог белесый,
И эта ночь, бессонница, и слезы...
...................................................

...Но успокаивал вид рощи заозерной,
И усыпляли маковые зерна...

«...Все к лучшему, любимая, поверь мне...» —
Выводит скрипка в маленькой таверне...
...Ты кубок свой неполный поднимаешь,
Ты плачешь, ты еще не понимаешь,
Что если б ты меня не отпустила —
Ты б этого сама мне не простила...
...И снова — но от слез ты только краше —
Ты что-то говоришь о жизни нашей,
Но Парки нити разные прядут нам —
Ты обо всем забудешь завтра утром —
Вновь — юная, вновь вся — преображенье —
В той стороне — о, в той стране блаженной, —
Где белые пасутся кобылицы,
Где у зверей — прекраснейшие лица,
Где о тебе в полях фиалок плакал
Слепой певец на острове феаков...

...Лукава, жеманна, коварна, капризна —
О, сколько ж извел этой ругани я!..
Будь благословенна же, ныне и присно,
Елена — подруга — супруга моя!..

Тебя обнимая — прощаясь! — целуя,
Последними в жизни слезами зальюсь...
Тебе обещал, что грехи замолю я —
Ты видишь? Я слово сдержал — я молюсь!..

Я делаю шаг уже в Ад из Эдема,
И все дорогое с собой уношу:
Грозу ли в июле, перо ль с диадемой,
Поэму ль, которую не допишу,

Движенье ли, слово ль, прогулку в лесу ли,
Весь краткий — богини с поэтом — союз...
...Сольешься ты снова с небесной лазурью,
А я — с этой ночью навеки сольюсь...

...И в этой, нескладной — последней — молитве
О главном не смог я... Ну, значит — потом...
...Проснешься ты завтра уже на Олимпе,
Ты — дома, а я... Ну, да хватит о том.

...О, как же — твои поцелуи воруя
И плача — тебя разбудить я боюсь!..
И, может, приснятся тебе поцелуи,
Приснится тебе — там — наш странный союз;

Но — сон свой оставив в тени кипариса —
С Тезеем? С Парисом? — покинешь меня...

...Будь благословенна же, ныне и присно,
Елена — царица — богиня моя!..

По ночной, по холодной тропе
Из своих коммунальных развалин
Приходили поэты к тебе,
Пили, души тебе изливали...

Все прощался и плакал один:
«Вот, весна, мол, и вены набухли...»
И неверной рукой выводил
В сотый раз он последние буквы...

А другой все мотал головой
И цитировал Блока...

И не знали — ни тот, ни другой, —
Как тебе одиноко...